Nothing to show. You must configure the data source of the widget.

Ульяновским часам на музее Гончарова исполнилось 40 лет

wZKQmNSC58Q.jpg12 сентября исполнилось 40 лет часам на музее Гончарова, которые можно смело назвать одним из главных символов Ульяновска.

К часам всех "гостей" башни всегда провожает Анатолий Фролов. Несмотря на возраст (в этом году хранителю часов исполняется 84 года) Анатолий Иванович отказывается от предложения смотрителей воспользоваться лифтом и вместе с нами поднимается к башенке по лестнице.

К общению с журналистами 84-летний хранитель часов явно привык, и без лишних предисловий начинает рассказывать историю часов. Но сначала здоровается с часами: «Здравствуйте, мои дорогие! Тикаем? Сейчас мы с вами побеседуем немножко». Часы отвечают звуком шестеренок. К беседе, значит, готовы.

Ритуал продолжается вот уже 40 год. Часы на башне появились в 1974 году, а в руки Фролову попали за год до этого.

Часы нашли в подвале нынешнего центрального зала бракосочетаний, где они оказались ровно 80 лет назад, в 1934 году. В подвал их спрятал механик, которых обслуживал часы, после того, как взорвали Вознесенский собор, на котором они и стояли до этого.

Дорогой подарок Симбирску сделал тайный советник Орлов-Давыдов в 1869 году. Английские часы обошлись ему в 10 тысяч рублей золотом — умопомрачительные по тем временам деньги. Часы сгрузили с баржи на пристани, а в гору их пришлось поднимать семью подводами.

Кстати, сами часы были изготовлены за год до этого, в 1868 году, той же фирмой, что сделала и часы для Вестминстерского дворца с знаменитым колоколом Биг Беном. Так что лондонские и наши часы можно назвать братьями.

В начале 70-х о легендарных часах вспомнили ульяновские пенсионеры. Их инициативу неожиданно поддержал горисполком. В результате часы было решено восстановить. Кто мог вернуть им ход? Конечно, «приборка», где Анатолий Фролов работал в отделе главного механика. Ему и поручили заняться реанимацией исторических часов.

Часы модернизировали — укоротили многометровый маятник, оснастили системой автоматического завода от электропривода и совершенно стимпанковской системой центральной капельной смазки.

Оставалось две проблемы. Во-первых, часам недоставало колокола, а во-вторых, было совершенно непонятно, куда их устанавливать.

Колокол Вознесенского собора был огромным, сравнимым по размерам с царь-колоколом из Москвы. По воспоминаниям коллег Анатолия Фролова, которые занимались восстановлением часов, после того, как взорвали собор, под почти десятитонным колоколом даже играли в прятки. Помнили старожилы и звук колокола, который было слышно даже в Поливно.

Увы, но восстановить исторический звук боя часов не удалось — того, огромного колокола уже не было. Замена ему нашлась у пожарных из Старой Майны, которые использовали для оповещения колокол церкви из затопленного села Головкино. Его-то и решили применить.

Часы уже вовсю работали в цеху на «приборке», но места для их установки так и не находилось.

Решение предложил известный своими работами в рамках переустройства города в 100-летию Ленина архитектор Серафим Титов — надстроить над домом Гончарова башенку специально для часов. Так и поступили. 14 сентября 1974 года в 12.00 в городе впервые за много лет опять прозвучал звук городских часов.

Все это время почти каждый день часы навещает Анатолий Фролов. Время сверки часов на башне с карманным хронометром хранителя — 9 утра. Отклонений почти не бывает — в музее представлены многолетние записи Фролова о точности часов. Из них можно сделать вывод, что точности английской механики могут позавидовать современные швейцарские хронометры. Единственный враг точности — температура, ведь маятник у часов остался достаточно длинным. Отклонения температуры влияют на его длину и, следовательно, на точность хода часов. Но и здесь отклонения крайне небольшие.

Источник:

http://ulgrad.ru/